Принц-босяк



Глава 1


Глава 2


Глава 3


Глава 4


Глава 5


Глава 6


Эпилог


Сразу все главы








Глава 4


     Эпплджек всю ночь провела возле кровати Блюблада, а утром, как ни в чем не бывало, отправилась работать. Выносливости этой пони можно было только удивляться. Благодаря ее заботе, ночь прошла для принца не так плохо, как могла бы. К утру головная боль стихла настолько, чтобы он смог заснуть. Выспаться, однако, единорогу не удалось. «Равняйсь!» «Смирно!» — разносились по дому чьи-то приказы. «Что такое? — удивился он. — Что за парад тут устроили?» Блюблад с интересом выглянул в окно, но никакого почетного караула не обнаружил. Во дворе лениво прохаживалась лишь местная собака по имени Вайнона. Судя по не прекращавшимся командам, строевой смотр тем временем продолжался. Заинтригованный принц спустился на первый этаж и заглянул в кухню. Там вдоль стройных рядов стеклянных банок прохаживалась бабуля Гренни Смит. Неожиданно зычным командирским голосом она устроила одной из банок разнос и, с позором изгнав провинившуюся из строя, продолжила смотр. Как это часто бывает, пожилая пони обладала рядом особенностей, если не сказать — странностей, поэтому Блюблад старался с ней контактировать как можно меньше.
     — Лазутчик! — завопила Гренни Смит, заметив удивленного единорога.
     — Простите, я же у вас работаю, — робко ответил он.
     — А-а-а! Новобранец! — обрадовалась старушка. — Тогда, встать в строй!
     «Сегодня перед нами стоит непростая задача, — стала она разъяснять предстоящую операцию. — Мы готовим яблочный джем. Хотя этот джем и не из громовых яблок, расслабляться нельзя! Все должно пройти без сучка без задоринки, как и положено при варке фирменного джема Эпплов!»
     Банки звякнули, подтверждая свою готовность, а Блюблад, проникнувшись важностью дела, отдал честь. В этот момент на кухне появилась Эпплджек. Фермерша привезла телеги с собранным урожаем и заглянула проведать, как себя чувствует больной.
     — Ну что ж ты его вразь запрягла-то! — возмутилась она. — Он же хворый, ему лежать надобно.
     — Так что же ты не сказала-то? — ответила бабуля. — Хворому джем варить нельзя — горчить будет.
     — Так я ж говорила! — возразила Эпплджек. — С утра говорила и вчера вечером.
     — А ну не перечь старшим! — пресекла споры Гренни Смит. — А хворые — марш выздоравливать!
     Блюблад вернулся в свою комнату, а фермерша, убедившись, что больной больше не нарушает постельный режим, отправилась обратно в яблочные сады. Единорог задремал, сквозь сон слыша, как бабуля гремит внизу посудой. Внезапно скрипнула дверь, и он удивленно поднял голову. В комнату вошла Гренни Смит и принесла с собой большой курящийся паром котелок.
     — Вот, я тебе отвару приготовила, — сообщила она. — Знатного отвару, им испокон веков все Эпплы лечились.
     — Спасибо, миссис, Вы очень добры, — поблагодарил Блюблад.
     Он осторожно принюхался, но сопливый нос сейчас не способен был чувствовать запахи. В воде плавали некие мятые зеленые комочки, и принц решил, что это какие-то травы. Он ничего не пил с самого вечера, поэтому опорожнил весь котелок в один присест. Бабуля ушла, а он вновь задремал и не сразу почувствовал происходившие с ним перемены.
     Вечером Эпплджек опять поднялась в комнату своего работника. «Батюшки святы! — испуганно воскликнула она при виде единорога. — Чегой-то тебя разнесло так?» Блюблад еле разлепил слезящиеся глаза и что-то неразборчиво пробормотал. Распухший язык еле ворочался во рту.
     — Ты что-то съел? Что-то выпил? — стала расспрашивать больного фермерша.
     — Да, — еле выговорил он. — Я фил отфар. Его дала мне фафушка Гренни Фмит.
     — Святые небеса! — запаниковала Эпплджек. — Ты пил отвар из яблочных листьев?! Она ж вечно его варит хворым пони!
     — Ох, я думал — это трафы, — сокрушенно пробормотал принц.
     — Много?
     — Целый котелок.
     — Твайлайт!!! — завопила фермерша. — Живо сюда!
     По лестнице взбежала фиолетовая единорожка и заглянула в комнату. При виде опухшего пони она разинула рот и пораженно присела.
     — Ой, неужели это все из-за меня? — с виноватым видом спросила она.
     — Нет, — успокоила единорожку Эпплджек. — У него просто аллергия на яблоки, а бабуля споила ему цельный котелок яблочного отвара.
     — Хмм… — Твайлайт задумчиво наморщила лоб. — Я читала про яблочную аллергию. Это наследственное заболевание, обычно встречающееся у членов королевской семьи. Очень странно увидеть ее у простого пони.
     — Ты лучше как лечить ее скажи, — фермерша перевела обсуждение в практическое русло.
     — Простите, этого я не знаю, я же не врач, — покачала головой единорожка.
     — Ну, а кто тогда знает?
     — А давай спросим Зекору? — предложила Твайлайт. — Она более сведуща в подобных вопросах.
     — Да, точно! — обрадовалась Эпплджек. — Зови Зекору!
     Сорвавшись с места, фиолетовая единорожка понеслась за подмогой.
     — Какое фтфанное имя, — заметил Блюблад.
     — Она — зебра, — пояснила фермерша.
     — Нет! Не надо мне никакой Зекоры, — перепугался единорог. — Я фам фылечюсь!
     — Она очень хорошая и добрая, — постаралась успокоить его кобылка. — Она — наша подруга.
     Хотя единорог, как и большинство пони, относился к зебрам настороженно, но понял, что ему ничего не оставалось, как положиться на мнение Эпплджек. Зебры, конечно, казались странными: из-за своих полосок, замысловатых не пойми что означавших кьютимарок, а особенно — из-за манеры говорить исключительно стихами, но реально ничего плохого Блюблад про них не слышал.
     Прошло полтора часа ожиданий. Скрипнула входная дверь, донесся торопливый перестук копыт по деревянной лестнице, и в комнату вошла Твайлайт в сопровождении зебры. «Вот он!» — указала единорожка на больного и отступила в сторону. Быстро оглядев комнату, ее спутница заговорила.
     
     Доброго вечера всем я желаю,
     Видеть приятно тех, кого знаю,
     А незнакомцам — отдельный поклон,
     Надеюсь, друзьями мы станем потом.
     
     Блюблад несколько секунд перестраивался на восприятие стихотворной речи, да так в этом преуспел, что умудрился и свой ответ облечь в поэтическую форму.
     
     Фредстафиться позфольте,
     Зофут меня Флюфлад.
     И искренне замечу,
     Я фстрече с Фами рад!
     
     Он приподнял голову с подушки и вежливо кивнул. Фыркнув, зебра улыбнулась и продекламировала новый стих.
     
     Слова не трудитесь в рифму слагать,
     Умею простую я речь понимать.
     Я знаю неплохо лесные просторы,
     Я — зебра, а звать меня можно Зекора.
     Ваше Высочество, не сочтите за лесть,
     С Вами общаться — огромная честь!
     
     — Зекора, он же не принц, он — простой пони, просто у него имя такое же, как у принца, — поправила Твайлайт Спаркл свою спутницу.
     Зебра еще раз внимательно осмотрела больного пони, покачала головой и возразила.
     
     Умею я видеть, что скрыто от глаз,
     Королевскую кровь в нем чую сейчас.
     
     — Эмм… кстати, Блюблад! Возможно, Вы действительно имели среди предков кого-то из королевской семьи! — пришло озарение к Твайлайт. — Ведь, не спроста же у Вас эта аллергия!
     — Хватит уж попусту болтать, — прервала обсуждение Эпплджек. — Зекора, подскажи лучше, как эту хворь вылечить?
     
     Я не с пустою котомкой пришла,
     Средство для принца уже я нашла.
     Коль аллергию хотите прогнать,
     Надобно шутку с ней злую сыграть!
     
     Зебра открыла свою сумку, и при виде показавшихся там миленьких голубеньких цветов, Твайлайт с Эпплджек испуганно отпрянули.
     — Эй, это же — ядовитая шутка! — воскликнула рыжая земнопони. — Лучше сразу убери куда подальше эту гадость!
     
     Коли с умом этот яд принимать,
     Может чудесным лекарством он стать.
     
     — Лечить ядовитой шуткой? — заинтересовалась фиолетовая единорожка. — Надо же, не думала, что у нее могут быть полезные свойства.
     
     Следует камнем цветочки размять,
     А мякоть потом в кипяток побросать,
     Три часа на огне их надо варить,
     А после — соком яблок до верха долить.
     В свете Селены ночь настоять,
     И сможет отвар аллергию прогнать.
     Коль утром лекарства стаканчик принять
     Сможешь яблоки день без опаски жевать.
     
     — Так это что, Блюблад вообще вылечится от хвори? — обрадовалась Эпплджек. — Давай скорее готовить отвар!
     
     Только день может отвар помогать,
     Потом его следует вновь принимать.
     
     — Ну, хоть так! — кивнула земнопони, нетерпеливо переступая ногами. — Пойдем же!
     Все кобылки отправились на кухню, а принц, чьи подорванные болезнью силы окончательно иссякли от разговора, вновь задремал. Поздно ночью его разбудил скрип двери. Пошатываясь и подволакивая переднюю ногу, в комнату вошла Эпплджек проведать перед сном своего работника. Единорог удивился — он еще ни разу не видел фермершу такой измотанной. Взволнованный ее состоянием, Блюблад начал вставать с кровати.
     — Эпплджек, что ф тобой? — обеспокоено, спросил он.
     — Да лепесток копытом зацепила, покуда цветы мяла, — поморщившись, ответила земная пони. — Не волнуйся, Зекора уже дала мне противоядие. Благо, они уже сорванные были. Вот, было дело, я на свежие напоролась — тогда-то мне взаправду худо пришлось.
     — Фрости, если фы я знал, что это настолько офасно, я фы тефе не разрешил этого делать, — виновато сказал принц.
     — Агась, а я б тебя вразь послушалась бы, — насмешливо фыркнула рыжая пони.
     Фермерша недооценила степень своей усталости. Потратив на ответ последние силы, она упала в обморок. В панике принц хотел было броситься за помощью, но пока раздумывал, куда собственно ему бежать, понял — никуда торопиться не надо. Противоядие земная пони уже приняла, и все, что ей требовалось — это отдых. В текущем состоянии Блюбладу не хватало сил перенести кобылку на кровать, не говоря уже о том, чтобы дотащить фермершу до ее собственной комнаты. Он постучался к Бигмаку. Не получив ответа, единорог заглянул в его спальню и увидел пустую постель. Этой ночью фермер развозил сделанные за день пироги и яблочный джем по окрестным магазинам, чтобы утром все пони могли побаловать себя свежей выпечкой.
     Вернувшись, принц подложил под голову спящей пони подушку и заметил, как ее ножки трясутся от холода. Единорог накрыл Эпплджек одеялом, но это не особо помогло, она продолжала дрожать. Разжигать очаг, греть воду для грелки — на это ушло бы слишком много времени. «Ладно, надеюсь, она не сильно рассердится», — подумал Блюблад и, забравшись под одеяло, прижался к ней всем своим телом. Почувствовав тепло, рыжая пони постепенно перестала дрожать, зашевелилась и переложила голову ему на шею. Принц замер и постарался дышать не слишком глубоко, чтобы не потревожить фермершу, а потом постепенно тоже заснул.
     

***

     «Ку-ка-ре-ку-у-у-у!» — завопил во дворе петух, возвещая наступление нового дня. Повинуясь многолетней привычке, Эпплджек поднялась и, не открывая глаз, направилась к выходу. Только уткнувшись мордочкой в стену, она разлепила веки и с недоумением огляделась. Беглый осмотр показал: рыжая пони находилась не в своей комнате, спала она на полу, да еще под одним одеялом с бурым единорогом! Последнее обстоятельство вогнало фермершу в крайнее смущение, от чего ее ушки запылали жаром.
     — Как я тутова очутилась? — нахмурившись, спросила она.
     — Ты потеряла сознание, а у меня не было сил тебя перенести на кровать, — ответил Блюблад.
     — Хм… интересно, а как так случилось, что мы переспали? — ехидно осведомилась земная пони. — Ты захотел воспользоваться моим состоянием?
     — Нет! Я вовсе ничего такого не хотел! — перепугался принц. — Просто ты замерзала, а я не знал, как тебя согреть! Мы вовсе с тобой не переспали!
     — Мы спали вместе, а значит — переспали, — отрезала Эпплджек и, чуть помедлив, решила прощупать почву. — Знаешь, я вовсе не против подобное повторить.
     — Ох, — засмущался единорог. — Понимаешь, ты — замечательная кобылка, но мое сердце уже принадлежит другой.
     — Неужто тебе не понравилось со мной обниматься?
     — Не скрою, понравилось, — признался принц, — но, тем не менее, делал я это исключительно из дружеских побуждений.
     — Усекла, — вздохнула земная пони. — Тока смотри, чтоб Бигмак не узнал. Так-то он тихий, но за меня — уши оборвет. Моргнуть не успеешь, как окажешься моим мужем. Не пойму тока, что это Рэрити вдруг на тебя запала? Она себе вечно принца выискивала, а ты ж — простой работяга. Хотя… иной раз на тебя глянешь и чувствуешь — действительно принц. Не такой сноб и грубиян, как принц Блюблад, а каким должен быть настоящий.
     — Спасибо, Эпплджек. Мы же останемся друзьями? — спросил единорог.
     — Конечно! — заверила его фермерша. — Пойдем-ка, твое лекарство опробуем. Оно за ночь настоялось — посмотрим, не зря ли я весь вечер с ним возилась.
     Пони спустились во двор. Там на столе под открытым небом стоял котелок с янтарной жидкостью, ярко блестевшей в лучах восходящего солнца. Блюблад зачерпнул половником отвара и медленно выпил. Втянув носом воздух, он почувствовал, как тот сразу прочистился от соплей. Дышать стало легко и свободно. Отеки начали быстро исчезать, в мышцы вернулась сила, и принц почувствовал себя на все сто.
     — Надо ж, как новенький! — прокомментировала Эпплджек. — Потопали завтракать. Тебе морковки надергать или капусты хочешь?
     — Яблок! — заявил на это принц.
     Он давно мечтал как-нибудь взять и наесться яблок до отвала, а теперь, когда мечта стала реальностью, он даже пританцовывал от нетерпения.
     — Верняк, теперь же можно! — кивнула фермерша.
     Они набрали корзину яблок из ящика и тут же за столом их смолотили. Блюблад с наслаждением вгрызался в сочные плоды и чувствовал себя самым счастливым пони на свете. «Теперь всю оставшуюся жизнь буду есть только яблоки!» — пообещал он себе. Впрочем, его живот оказался не безразмерным. Умяв пару десятков, он понял, что больше просто не лезет, и обратил внимание, что яблоки тут виднелись не только на столе. Кьютимарка в виде трех красных яблочек красовалась на крупе стоявшей напротив него кобылки. На очень соблазнительном крупе. Нет, принц и раньше считал Эпплджек миленькой, но как можно было не разглядеть, что она — просто потрясающе красива! Единорог буквально пожирал глазами свою спутницу — каждый изгиб тела земной пони казался ему идеальным, а все вместе могло принадлежать только богине, а не простой смертной.
     — Ты что так смотришь? — удивленно спросила Эпплджек, заметив его странный взгляд.
     — Ты — прекрасна! — в восхищении произнес принц.
     — Эмм… ты сейчас со мной разговариваешь? — на всякий случай уточнила фермерша.
     — Да, милая! — подтвердил он.
     Единорог потянулся к ней мордочкой с явным намерением потереться носом о ее носик. В первый момент рыжая пони потянулась навстречу, но потом отпрянула и покачала головой. Совсем недавно единорог говорил ей о любви к другой, а тут внезапно лезет мордочкой тыкаться. Что могло так подействовать? Неужели — отвар? Зекора предупреждала о возможных побочных эффектах, но что это будет — предсказать не могла.
     — Блюблад, ты нормально себя чувствуешь? — спросила Эпплджек.
     — Да, сюсик, в присутствии своей богини я чувствую себя просто чудесно! — заверил ее принц.
     — Тока не «сюсик»! А то меня сейчас стошнит! — взмолилась фермерша. — Блюблад, а как же Рэрити?
     — Рэрити? — единорог задумчиво сморщил нос. — Знакомое имя… кажется, я ее знаю?
     — Да! Ты любишь Рэрити! — убедительным тоном заявила рыжая земнопони.
     — Я люблю Рэрити… это кажется мне правильным… — Блюблад помотал головой. — Нет, разве может какая-то Рэрити сравниться с тобой?!
     Эпплджек задумалась, что делать дальше. Мысль воспользоваться ситуацией она отбросила сразу. Во-первых, ей не нравилось текущее состояние единорога. Фермерша полюбила умного, рассудительного, романтичного и понимающего пони, а не восторженного идиота. Во-вторых, действие отвара было временным — пришлось бы постоянно поить его новыми порциями. В третьих, это было бы просто бесчестно, Блюблад не любил ее, эта страсть — ложная, а рыжая пони никогда не лгала другим и не позволяла лгать самой себе. Значит, следовало стиснуть зубы и переждать, пока ее работник не придет в норму.
     — Эмм… Блюблад, ты тут в тенечке посиди, отдохни, а мне кое-куда сходить надобно, — заговорила Эпплджек.
     — Я с тобой! — пылко воскликнул он.
     — Мне работать надо, а ты еще не оправился после болезни.
     — Что?! — от преисполнивших его чувств единорог взвился на дыбы. — Я не могу позволить тебе утруждать свои нежные копытца!
     — А кто тогда урожай соберет? — осведомилась фермерша.
     — Я все соберу сам! — вызвался он.
     — Ну… ладно, пошли, — Эпплджек дозволила себя сопроводить.
     «В конце концов, раз уж ему сил некуда девать, пусть хотя бы в мирных целях их расходует», — решила кобылка. Этот день она потом вспоминала, как страшный кошмар. Хотя Блюблад старался изо всех сил, сбор яблок шел слишком медленно, а попытки фермерши что-то сделать самой немедленно пресекались. В перерывах между стряхиванием яблонь и перевозкой корзин единорог приставал к ней, стремясь, то куснуть за ушко, то потереться носиком. Кобылке очень хотелось ответить: крепко обнять этого героя-любовника и зарыться мордочкой в его гриву, но каждый раз она вспоминала, что чувства — фальшивые, и ей становилось противно.
     «Последняя ходка, — решила Эпплджек, идя следом за телегой. — Запрусь в комнате, и пусть сидит под дверью сколько влезет». Блюблад вкатил повозку во двор, сбросил оглобли и тут же подскочил к объекту своей страсти. В этот раз ему удалось подловить момент: кобылка не успела отпрянуть, и единорог тихонько сжал зубами ее ушко. «Блюблад?! Эпплджек?! Вы что это делаете!!!» — пылая праведным гневом, к ним во весь опор скакала Рэрити. «Ты! Изменник! — тяжело дыша, ткнула она копытцем в грудь жеребца. — А ты, Эпплджек! Как ты могла!» От вида взбешенной единорожки у принца закружилась голова и сбилось дыхание. Он сел на круп и сжал копытами виски, опасаясь, что от глухих ударов пульса в ушах у него лопнут барабанные перепонки. Пони с белоснежной шерсткой — Рэрити — самая прекрасная единорожка на свете. В принце всколыхнулись подавленные силой отвара чувства, и пульс застучал в два раза чаще. Он чувствовал, будто после долгой пробежки встал под душ, только поток воды смывал не грязь, а все ложное и наносное, что прилипло к душе под действием магии.
     «Утихни, подружка, — усталым голосом прервала Эпплджек поток обвинений. — Я сейчас все объясню». Пока замерший единорог любовался Рэрити, фермерша рассказала подруге про аллергию и злополучное лекарство.
     — Значит, это все отвар? — удивилась единорожка.
     — Ну да, — подтвердила земная пони. — Утром он мне еще рассказывал про то, как тебя любит, а потом выпил, и началась вся эта ерунда.
     — Рэрити… — внезапно подал голос молчавший все это время жеребец. — Я тебя люблю!
     — Смотри-ка! — восхитилась Эпплджек. — Любовь к тебе поборола магию!
     Помотав головой, Блюблад сбросил остатки дурмана. Кобылки замолчали и с ожиданием во взоре уставились на него, гадая, окончательно ли он пришел в себя или нет.
     — Леди, — виновато обратился к ним принц, — кажется, я вел себя неподобающим образом.
     — Ничего, замнем, — ответила Эпплджек.
     — Ты простишь меня? — спросил он у Рэрити.
     — Я больше не сержусь, Эпплджек мне все объяснила, — успокоила его единорожка. — Как ты себя чувствуешь? Мне никто не сказал, что ты болеешь, а то бы я раньше тебя навестила.
     — Замечательно чувствую! — с облегчением ответил Блюблад. — Несмотря на прочие обстоятельства, лекарство меня полностью вылечило.
     — Никак не соображу, чего это оно так сработало? — поинтересовалась Эпплджек.
     — Судя по тому, что я когда-то прочел, ядовитая шутка забирает у пони его самый сильный талант, — пустился в объяснения принц. — Влияние элемента огня изменило направление силы, то есть, эти цветы стали давать некую способность, а элемент воды позволил указать, какую именно. Добавленный сок привил тягу к яблокам, позволившую победить аллергию и все ее последствия.
     — Ты прям как Твайлайт заговорил, — фыркнула фермерша. — Я про другое спрашивала. Ко мне-то ты с чего так чувствами воспылал?
     — Так ты же сама словно спелое яблочко, — с улыбкой заметил единорог.
     От этих слов земную пони бросило в жар. Ее ушки смущенно опустились, и она отвернулась, скрывая счастливую улыбку. Это был настоящий комплимент, берущий за душу, а не какой-нибудь там "сюсик".
     — Кроме того, — продолжил Блюблад, — при готовке в отвар могла попасть твоя шерстинка.
     — Точняк, я ж даже фартука не надела при варке, слишком устала тогда, — кивнула Эпплджек. — Ладно, оставлю вас наедине, мне еще пару дел надо сделать.
     Фермерша ускакала, а Рэрити обняла своего жеребца и потерлась мордочкой о его шею. Похоже, это должно было стать их первым удачным свиданием. Вечер оказался наполнен долгими взглядами, нежными прикосновениями, ласковыми словами, где главным был не только смысл сказанного, а интонация и вложенные в них чувства. Блюбладу под конец удалось соблазнить свою спутницу пробежаться до озера, и единорожка почувствовала себя так раскованно, что, валяясь с ним в обнимку на травке, даже забыла о растрепавшейся на ветру прическе.
     Эпплджек в это время решала важную задачу: куда бы деть остаток «чудо-лекарства». Сперва она решила вылить все свиньям, но вовремя одумалась. Приставания пылающих нежными чувствами хрюшек она бы уже сегодня не вынесла. Просто так выплеснуть все на землю земная пони тоже побоялась. Мало ли кто мог там попробовать отвар? Муравьи, пчелы, комары какие-нибудь, мыши, в конце концов. В итоге, промыкавшись с полчаса по ферме с горшком, она его тщательно запечатала и закопала под вековечным дубом.
     

***

     В очередной раз посвященные в исчезновение Повелительницы собрались в кабинете на совещание.
     — Неожиданным образом миссис Бугсон смогла разрешить спор вокруг городского ипподрома. Как вы помните, на него претендовали одновременно летная академия и министерство культуры, — докладывал второй секретарь о событиях за день. — Когда она сообщила свое решение, мне на миг даже показалось, что вернулась сама Повелительница.
     — Саншайн, ты смогла получить ответ у своего таланта, как Мы тебе советовали? — поинтересовалась принцесса Луна.
     — Да, Ваше Величество, — ответила пегасочка. — У меня будто бы в голове возник голос Селестии, диктующий правильные слова.
     — Отлично! — обрадовалась ночная принцесса. — Надеемся, сие будет срабатывать чаще.
     — А у Вас есть новости, Ваше Величество? — спросил первый секретарь.
     — Нет у Нас никаких новостей, — печально ответила Луна. — Мы до сих пор даже не знаем, что за магия создала портал.
     — Если Повелительница будет отсутствовать более месяца, придется на законодательном уровне снять с нее часть обязанностей, — продолжил совещание Эминейбл. — Будем готовить подданных к тому, что принцесса Селестия желает отойти от дел.
     — Вестимо, — согласилась принцесса Луна. — Следует предусмотреть возможность ее долгого отсутствия.
     — Значит, к этому вопросу вернемся через месяц, — постановил первый секретарь. — А сейчас перейдем к более актуальным задачам. Через полторы недели свадьба принцессы Ми Аморе Каденции и капитана Шайнин Армора. По понятным причинам, вопросами организации мероприятия никто не занимался. Так как отложить событие просто немыслимо — это колоссальный урон престижу Эквестрии — организовать все следует в кратчайшие сроки.
     — Может, хотя бы урезать программу? — предложил Шайнин.
     — Я… — вдруг начала говорить Саншайн, но сразу же замолчала.
     Эминейбл уже собрался спросить, что она хотела сказать, но принцесса Луна, вскинув переднюю ногу, пресекла все вопросы. Она поняла, что творилось сейчас в голове у двойника Селестии, и желала, чтобы никто пегасочке не мешал.
     — Я предлагаю поручить эту задачу моей ученице — Твайлайт Спаркл! — высказалась, наконец, Саншайн.
     Луна радостно фыркнула. «Моя ученица». Даже само построение фразы исходило, будто от самой Селестии.
     — Отличная мысль! — поддержала ночная принцесса. — Мисс Спаркл — прекрасный организатор, у нее есть уже готовая сработавшаяся команда, а для своего брата она постарается сделать все на высшем уровне.
     — Команда? — удивился Шайнин Армор.
     — Да, речь о ее подругах, — подтвердила Луна. — Рэрити займется платьями, Эпплджек приготовит праздничный стол, Пинки Пай разработает увеселительную программу, а Флаттершай подготовит птичий хор.
     — Моя сестра писала, что у нее пятеро подруг, — вспомнил капитан. — Что мы поручим Рейнбоу Дэш?
     — Рейнбоу Дэш? — нахмурилась Санни, пытаясь вспомнить, где она слышала это имя. — Это, случайно, не та пегасочка, что исполнила радужный удар на конкурсе юных летунов?
     — Да, та самая, — подтвердил Шайнин. — Вы были на этом конкурсе?
     — Конечно, была, я же заменяла на мероприятии принцессу Селестию, — подтвердила Саншайн. — На свадьбе будет фейерверк, и я предлагаю поручить мисс Дэш перед началом салютов совершить радужный удар. Я думаю, подобная демонстрация всех впечатлит.
     — Это будет невероятное зрелище! — пораженно воскликнул капитан. — Подобного еще ни у кого на свадьбе не делали!
     — Значит, на этом и остановимся, — решил первый секретарь. — Предлагаю завтра же провести первую репетицию церемонии, чтобы выявить возможные недочеты.
     — Конечно, давайте, а то моя невеста уже извелась вся, — пожаловался Шайнин Армор. — Только о том и твердит, где я целыми днями пропадаю, да почему еще ничего не готово.
     Пони стали расходиться, и Саншайн решила было вернуться к бумагам, но мистер Нюсенс ее остановил.
     — Миссис Бугсон, Вам пора спать, — заявил он.
     — Но я чувствую себя в силах еще поработать, — возразила пегасочка.
     — Это — приказ принцессы Луны.
     — Эмм… в таком случае — подчиняюсь, — с улыбкой ответила Санни.
     По правде сказать, на ногах она держалась только из чувства долга и ответственности, поэтому такой приказ показался ей самым чудесным приказом, какой только мог исходить от младшей соправительницы Эквестрии.

© Рон