Принц-босяк



Глава 1


Глава 2


Глава 3


Глава 4


Глава 5


Глава 6


Эпилог


Сразу все главы








Глава 2


     Встав пораньше, Блюблад с Понифацием отправились на платформу с воздушным шаром. Хотя дешевле было добраться до Понивиля по недавно проведенной железной дороге, но на вокзале дежурило слишком много стражников. Купив билеты, они забрались в корзину, а провожавшая их Ракуна дала последние наставления.
     — Я попросила подругу сказать, когда вернется принцесса Селестия, — торопливо сказала синяя земнопони единорогу. — Я сразу пошлю тебе весточку.
     — Спасибо большое, миссис Ракуна, — с благодарностью ответил принц.
     — А ты не забудь проведать Артошку! — повернулась Ракуна к своему мужу. — И не загуляй там, смотри! Уши обкусаю!
     — Ладно-ладно, — добродушно заверил ее Понифаций. — Ты же знаешь, что с такой кобылкой, как ты, другие как-то уже и не привлекают…
     — А кто это — Артошка? — поинтересовался принц.
     — Наш жеребенок, — пояснила синяя пони. — Он там у моей подруги гостит.
     Прозвучал сигнал отправления, и воздушный шар стал подниматься. По сравнению с быстрыми и юркими дирижаблями, он выглядел вальяжным бегемотом. Подъемную силу создавал горячий воздух, поэтому шар размером с грузовой дирижабль мог нести под собой лишь небольшую корзину с тремя-четырьмя пассажирами. Мимо медленно проплывали облачка, и горный город постепенно таял в утренней дымке. Внизу показались бескрайние яблочные сады семейства Эпплов. Усыпанные спелыми плодами деревья казались сверху игрушечными. Чуть далее за холмами появились аккуратные белые домики с соломенными крышами.
     Мимо воздушного шара пронеслось звено пегасов, и корзина закачалась от поднятой ими воздушной волны. Летуны быстро разогнали утренний туман, отбуксировав крупные облака куда-то в сторону Клаудсдеила. В прояснившемся воздухе Блюблад увидел и Понивиль, и Кантерлот, и даже краешек Вечносвободного леса на горизонте.
     Двадцать минут спустя дно корзины коснулось камней понивильской площади. Пассажиры выбрались наружу, и Понифаций повел своего спутника в сторону фермы Эпплов. По пути Блюблад с интересом оглядывался, подмечая детали деревенского колорита: чистые беленые стены домов, маленькие прилавки с овощами и поделками местных мастеров, цветники, бочки под водосточными трубами, постельное белье, сохнущее прямо на заборах. Здесь никто не носил одежды, и принц порадовался, что оставил плащ в Кантерлоте. Зеленый шелк и золотая брошь тут привлекали бы к нему излишнее внимание. «Как здесь все примитивно устроено, ни водопровода, ни канализации», — с презрением подумал он, но тут же отогнал снобистские мысли. Ведь, именно подобным поведением он оттолкнул ту, которую полюбил.
     Спутники миновали последние домики и пошли мимо зеленых лугов к холму, на котором виднелся старый деревянный дом. Изначальное строение постепенно обросло пристройками и поэтому выглядело несколько неуклюже. Дойдя до входной двери, Понифаций постучал. Им открыла молодая кобылка с желтой шерсткой и гривой малинового цвета. Хотя по возрасту она уже явно ходила в школу, но еще не имела на крупе своей кьютимарки.
     — Здрасти, дяденьки! — воскликнула она. — Ой, здрасти, дядя Фаций!
     — Здорова, Эпплблум, нам надо с Бигмаком потрындеть, — сказал Понифаций.
     — Так рассвело же. Он с сеструхой уже в садах давно вкалывает.
     — Ну, сады большие. Как их найти, наводочку дашь?
     Сморщив носик, Эпплблум поглядела на расписание, висевшее в прихожей, и стала что-то прикидывать в голове.
     — Эмм… похоже, они на семнадцатом участке. Это во-о-он туда, — малышка махнула копытом куда-то в сторону. — Там, за холмом, свернете налево, и через три холма будет семнадцатый участок. Вы его сразу узнаете, там полуденные розы растут.
     — Розы? — удивился Блюблад. — Вы здесь и цветы выращиваете?
     — Нет же! — рассмеялась Эпплблум. — Это такой сорт яблок.
     — Что? — опешил принц. — Что значит сорт? Яблоки бывают разными?!
     — Да, на нашей ферме растет тридцать сортов яблок, — с гордостью подтвердил жеребенок. — А всего в Эквестрии известно полторы тысячи!
     Блюблад тихонько вздохнул. Полторы тысячи разных яблок, и ни одного из них он не мог попробовать. Гости поблагодарили малышку и направились в указанном направлении. По пути принц обратил внимание, что висевшие на деревьях плоды действительно различались: то это были большие зеленые яблоки, то маленькие ярко-красные, а то и вовсе желтые с оранжевыми прожилками. Их блуждания продолжались еще часа два, пока спутники не услышали стук, раздававшийся примерно раз в минуту. Пройдя на звук, они увидели ярко-красного жеребца земнопони с соломенной гривой.
     — А, вот и Бигмак! — обрадовался Понифаций. — Эй! Бигмак! Кой чего перетереть надо!
     — Ась? — осведомился фермер.
     — Вот, это мой приятель, его недавно по башке тюкнули, и он стал считать себя Блюбладом, — начал объяснять Фаций. — Надо его схоронить на месяцок. Ты не мог бы взять его на ферму работником?
     — Хмм… — засомневался красный пони.
     — Не, нормальный парень, — заверил Понифаций. — Без закидонов.
     — А?
     — Не, жульенами кормить не треба, я ж говорю, без закидонов.
     — Ну, норм, — кивнул Бигмак.
     — Эй, вы что тут прохлаждаетесь? — из-за деревьев вышла рыжая земная пони с такой же соломенной гривой, как у ее брата, и с ковбойской шляпой на голове.
     — Здорова, Эпплджек! — кивнул ей Фаций.
     — Эмм… привет, — настороженно произнесла кобылка. — Что опять удумал?
     — Вот, сосватал своего приятеля вам в работники.
     — Что? Бигмак, ты что! У нас тут что, денег куры не клюют, работников нанимать?
     — Ниче… — буркнул ее брат.
     — Да нам еще надо за крышу заплатить, — продолжила возмущаться Эпплджек, и в этот момент глянула прямо на принца.
     Блюблад осторожно улыбнулся ей, и рыжая пони, замолчав, склонила голову набок. Потом она склонила голову на другой бок и застенчиво улыбнулась в ответ.
     — Ладна, нечего тут лясы точить, топай за мной, покажу, как деревья надо обтряхивать, — внезапно изменила она свое мнение. — Как звать-то?
     — Блюбладом, мисс Эпплджек, — учтиво представился единорог.
     — Хех! Знавала я одного Блюблада, — беззлобно усмехнулась фермерша. — Ему бы тутова не понравилось.
     — Ну, вы тут и без меня разберетесь, — заторопился Понифаций. — Бывай, приятель, как что — свистну.
     Бурый земнопони поскакал в сторону городка, а Эпплджек презрительно фыркнула.
     — Небось, опять будет к Алоэ и Лотос подкатывать, — проворчала она. — Никак не угомонится.
     Фермерша повела нового работника в обход холма, и вскоре за пригорком показалась высокая куча пустых корзин. «Смотри, как надо», — произнесла земная пони. Несколькими точными пинками она раскидала четыре корзины вокруг яблони, а потом с разбега брыкнулась задними ногами по стволу. Яблоки дождем посыпались вниз и, что удивительно, попадали прямиком в корзины. Лишь несколько плодов, промахнувшись, покатилось по траве. Попытка повторить все за фермершей принцу не удалась. От пинков корзины разлетались совершенно не туда, куда надо, так что пришлось каждую поправлять зубами. Деревья стряхиваться тоже не торопились. От его удара лишь одинокое яблоко шмякнуло принца прямо по голове.
     «Хмм… — нахмурилась Эпплджек. — Как же ж я не подумала, что это — полуденные розы. Они у нас слишком застенчивы, и кому попало не падают. Ну, ничего, через недельку пообвыкнутся, и будут стряхиваться, как миленькие. Ты тока веди себя поласковее, они и растают». Блюблад потрясенно огляделся кругом. Фермерша говорила о яблонях, будто это не просто деревья, а нечто большее. Нечто, что может чувствовать, стесняться, обижаться и симпатизировать. Возможно, это было частью той особой магии земных пони, о которой принц не раз уже слышал от своей тетушки?
     «Лады, — решила рыжая пони. — Будешь возить урожай». «Вот, я уже три телеги загрузила, оттащи их к сараю, сгрузи и возвращайся. Я пока остальные заполню, — Эпплждек махнула копытом в сторону вереницы телег. — Я-то обычно по десять вожу, но ты с непривычки можешь не сдюжить». Блюблад подавил желание заявить, что справится и с десятью телегами, и лишь согласно кивнул. Все-таки соревноваться в силе и выносливости единорогу с земной пони было бы просто глупо. Впрягшись в оглобли, он сразу оценил свою предусмотрительность — даже три повозки он смог сдвинуть с места с большим усилием.
     Еле-еле, тяжело дыша, принц дотащил груз до фермы и составил корзины под навесом возле большого красного амбара. Солнце палило нещадно, страшно хотелось промочить горло, и Блюблад стал оглядываться в поисках колодца. Заметив колонку, он торопливо накачал себе ведро и стал с наслаждением пить.
     — Дяденька, а Вы теперь у нас работаете? — донесся сбоку жеребячий голосок.
     — Эмм… да, Эпплблум, работаю, — ответил единорог.
     — Вы только много не пейте, а то с полным животом надорветесь телеги возить, — посоветовала она. — Лучше голову себе намочите.
     Блюблад опрокинул оставшуюся воду себе на голову и почувствовал себя немного получше. Эпплблум оттащила в сторону одну из корзин и принялась перебирать яблоки. Крупные красивые экземпляры она складывала в большой плетеный ящик, украшенный ленточками — они, вероятно, шли на продажу. Яблоки помельче или неправильной формы откладывались в ящик попроще, а гнилые летели в стоявшее чуть поодаль грязное корыто. Единорог впрягся в оглобли и потащил свой маленький караван обратно.
     — Отлично, — сказала фермерша, заметив его возвращение. — Сейчас отвезешь эти, корзины, потом те, те и вон те.
     — Хорошо, мисс Эпплджек, я только отдохну пару минут.
     — Лады, хочешь перекусить? — предложила рыжая пони.
     Она достала из корзины яблоко и протянула Блюбладу. Он с ужасом уставился на угощение — большой невероятно красивый фрукт с глянцевой кожицей, в которой яркими бликами отражалось солнце. Плод был темно-красного цвета с розовыми прожилками, повторявшими форму лепестков. Он действительно чем-то напоминал бутон алой розы.
     — Благодарю, но я не хочу, — пробормотал единорог.
     — Не хочешь?! — изумилась Эпплджек. — Да ты тока понюхай!
     Она разломила яблоко пополам и сунула под нос Блюбладу. Он ощутил соблазнительно-сладкий аромат и сглотнул слюнки. Это казалось настоящей пыткой — ему еще никогда так сильно не хотелось попробовать яблока, как при взгляде на этот чудесный фрукт. Принц почувствовал, как в носу стало легонько пощипывать, а к глазам подступили слезы. Он оглушительно чихнул и отступил на пару шагов.
     — Мисс Эпплджек, я все объясню, только обещай никому не рассказывать? — попросил он.
     — Лады, я умею хранить секреты, — нахмурившись, произнесла земная пони.
     — У меня аллергия на яблоки, — признался Блюблад и еще раз чихнул. — Я не могу их есть, и даже от запаха свербит в носу.
     — Святые небеса! — потрясенно прошептала фермерша. — Это так ужасно!
     Подобное ограничение показалось рыжей кобылке самым страшным проклятием, какое только может пасть на пони. Возможно, даже потеря ноги или глаза так сильно ее не впечатлила бы. Она машинально бросила в рот разломленный фрукт и проглотила.
     — Хорошо, вечером сообразим тебе что-нибудь на ужин, — решила Эпплждек. — Я сейчас буду по другую сторону холма работать. Как эти корзины отвезешь, заруливай туда.
     Блюблад сделал еще несколько ходок и уже еле стоял на ногах. Глядя на это дело, фермерша покачала головой. «Вечереет, — заметила она. — Давай, оттащишь последнюю партию, и можешь отдыхать». Принц погрузил очередную порцию корзин и из последних сил довез телеги до амбара. Он бы рухнул на землю прямо там, если бы не опасался испачкать свою шерстку. Все-таки аристократу следовало поддерживать чувство собственного достоинства в любых самых тяжелых ситуациях. Он присел на копну сена перевести дух и оглянулся на Эпплблум. Малышка продолжала усердно сортировать яблоки. До заката оставалось еще довольно много времени, и когда мышцы перестали подрагивать от напряжения, принц решил прогуляться по Понивилю. Он неторопливо спустился с холма, где стояла ферма, и направился к центральной площади. По пути единорог заметил пару беседовавших кобылок. Одна из них была розовой земнопони с курчавой гривой, а вторая — фиолетовой единорожкой. Земнопони что-то энергично втолковывала своей собеседнице, неустанно при этом подпрыгивая. Собственно, поэтому принц и обратил на нее внимание. А единорожка показалась Блюбладу чем-то знакомой. Нахмурив лоб, он посмотрел повнимательнее и попытался вспомнить, где мог ее видеть раньше. «Ах, это же мисс Спаркл! — сообразил он. — Одна из личных учениц тетушки. Может быть, она знает, куда могла подеваться принцесса Селестия?» Договорив, кобылки разошлись в разные стороны, и принц заспешил следом за единорожкой.
     Розовая пони поскакала навстречу. «Здрасти, Ваше Высочество!» — весело прокричала она, проходя мимо. «Доброго вечера, мисс», — учтиво ответил принц и тут же замер, как вкопанный. «Откуда она узнала?!» — ошарашено подумал он, оглядываясь назад, но кобылки там уже не было. Повернув голову обратно, Блюблад буквально уткнулся своим носом в носик земной пони. В ее удивленно распахнутых глазах мерцали веселые искорки, а выражение мордочки излучало крайнее любопытство.
     — Мистер Блюблад, а вы давно приехали? Если бы давно, то я бы Вас уже встретила, значит — недавно. Но ведь тогда Вы приехали в гости, а значит, будет вечеринка! Хотя странно, я не слышала, чтобы кто-то устраивал вечеринку, разве может кто-то устраивать вечеринку так, чтобы я не узнала…. Вввух! Это что, Вас пригласили в гости без вечеринки?! — в ужасе вскричала розовая кобылка. — Что же Вы сразу не сказали! Я Вам устрою настоящую вечеринку!
     — Эмм… видите ли… — попытался вставить хоть слово единорог.
     — Главное — спокойствие, Пинки все берет на себя! — заверила земная пони. — Я устрою такую вечеринку! Хотя подождите, Вы же тот самый принц, что так плохо обошелся с моей подружкой Рэрити! Как Вам не стыдно! А-а-а! Я поняла, Вы же приехали извиниться! Тогда все в порядке! Рэрити Вас сразу простит, и мы будем так веселиться, как в прошлый раз! Нет, как в позапрошлый! Или как на той неделе!
     — Но как вы…
     — Я сейчас разнесу приглашения, а Вы, главное, не опаздывайте! А то, как же можно веселиться, если тот, в честь кого веселятся, сам не веселится? Ну, конечно можно и так повеселиться, но лучше веселиться, когда всем весело, а не только тем, кто веселиться…
     Пинки вручила единорогу кусочек цветного картона и куда-то исчезла. Блюблад даже не успел заметить куда. «Приглашается принц Блюблад на вечеринку, в честь принца Блюблада, — прочитал он на открытке. — Начало в восемь вечера в Сахарном Уголке». Удивляясь про себя, как такое возможно, принц выяснил у прохожего, где можно найти мисс Спаркл, и направился по указанному адресу. Жилище единорожки находилось слегка на отшибе в здании библиотеки. Зданием его, конечно, назвать можно было с большой натяжкой — библиотека располагалась внутри гигантского дерева. Он вошел внутрь и стал с интересом осматриваться.
     — Доброго вечера, — поприветствовала посетителя фиолетовая единорожка. — Чем обязана?
     — Доброго вечера, мисс Спаркл, — ответил Блюблад, и решил попытаться выведать информацию наскоком. — У меня несколько необычный вопрос. Дело в том, что недавно пропала принцесса Селестия. Вы — одна из самых доверенных ее учениц. Возможно, Вы знаете, что с ней произошло?
     Единорожка вздрогнула и невольно покосилась на столик, стоявший в глубине зала. Проследив ее взгляд, принц увидел статуэтку странной розовой пони с блестящим рогом и зелеными крыльями. Черты этой фигурки карикатурным образом кого-то ему напоминали. Присмотревшись получше, он заметил на ее крупе кьютимарку в виде золотого солнца и рассмеялся — статуэтка, определенно, изображала принцессу Селестию.
     — Позвольте, что за безумец осмелился изобразить Повелительницу подобным образом? — воскликнул Блюблад. — Выглядит, как бред сумасшедшего!
     — Это… это просто игрушка, не обращайте внимания! — с паникой в голосе произнесла Твайлайт Спаркл. — Я ничего не знаю, куда пропала Ее Величество! Простите, библиотека закрыта на переучет!
     Чуть ли не силой выставив принца за порог, единорожка захлопнула дверь и загремела засовом. Он понимающе хмыкнул. Твайлайт была очень умна и проницательна, выведать у нее что-то с помощью осторожных вопросов казалось просто невозможным. Ученица Селестии быстро сообразила бы, к чему клонит посетитель, и придумала бы правдоподобную отговорку. Однако, ошеломленная внезапным вопросом, она слегка проговорилась. По ее поведению принц заключил, что мисс Спаркл не только знала о пропаже Повелительницы, она, возможно, даже знала, куда исчезла Селестия. Какая связь у пропажи была с аляповатой игрушкой — неизвестно, но эта связь, определенно, имелась.
     Неподалеку от библиотеки возвышалась знаменитая понивильская «Башня с часами». Зачем это одинокое строение возвели посреди холма на самом отшибе города — никто уже не помнил, однако башня давно стала местной достопримечательностью, с которой считал своим долгом сфотографироваться каждый проезжавший по Понивилю турист. Блюблад взглянул на часы — до вечеринки оставалось чуть менее часа. Несмотря на внезапность приглашения, он решил не упускать возможности получше узнать местных жителей. «К празднику следует принарядиться», — подумал принц и поинтересовался у очередного прохожего — желтого земнопони — где бы ему прикупить одежды. «А вон туда идите, в бутик «Карусель», — посоветовал ему земной пони. — Нарядов лучше, чем у Рэрити, во всем Понивиле не сыскать». «Рэрити!» — имя прекрасной единорожки вызвало в сердце Блюблада трепет. Поблагодарив желтого пони, он пошел к аккуратному домику бутика.
     Единорог толкнул дверцу, и подвешенные при входе колокольчики мелодично зазвенели. Вдоль стен магазина стояли манекены с изысканными нарядами, а одежда попроще висела на стойках с вешалками. Из задней двери выглянула белая единорожка с тщательно уложенной сине-фиолетовой гривой. Поймав взгляд ее лазурных глаз, принц от восторга затаил дыхание. Рэрити дружелюбно улыбнулась. Она привыкла, что жеребцы постоянно оборачивались ей вслед, и давно воспринимала это как должное.
     — Доброго вечера, мистер, — кивнула единорожка посетителю.
     — Доброго вечера, мисс Рэрити, — учтиво ответил Блюблад.
     — Чем обязана?
     В этот момент принц вдруг вспомнил, что остался без наличных, а выписать чек в данном случае не представлялось возможным.
     — Простите, что отнимаю Ваше время, — сказал он, — Я просто хотел взглянуть на Ваши чудесные наряды. Я сейчас на мели, но собираюсь что-нибудь себе прикупить, когда заработаю денег.
     Хозяйка бутика удивленно склонила голову набок. Хотя посетитель на первый взгляд и выглядел простым работягой, но манерами явно мог поспорить с аристократами. Дело было не только в словах. В том, как стоял единорог, как держал голову, в выражении глаз чувствовалось немалое внутреннее достоинство.
     — Конечно, смотрите, — вежливо ответила она, и сняла со стойки один из костюмов. — Думаю, такому джентлпони, как Вы, пойдет вот такой пиджак. Эмм… и подскажите, пожалуйста, как Вас зовут?
     — Блюбладом, — чуть поколебавшись, представился он.
     — Как принца? — усмехнулась Рэрити. — Ах, если бы принц Блюблад обладал хоть толикой Ваших манер…
     — Вы встречались с ним? — задал он наводящий вопрос.
     — Да, имела однажды несчастье познакомиться, — ответила единорожка. — Он оказался таким снобом, для которого вообще никого на свете не существует, кроме его собственной персоны.
     — А я слышал, что принц Блюблад довольно учтив и обходителен с дамами, если он Вас обидел, то давно бы уже извинился.
     — Чтобы этот извинился, — Рэрити рассмеялась. — Думаю, он даже не заметил, что вел себя неподобающим образом.
     — Э-э-э… а письма? — невольно вырвалось у посетителя.
     — Какие письма? — непритворно удивилась хозяйка бутика.
     — Эмм… нет, это я так… очень, очень чудесный костюм! — быстро сменил он тему. — Думаете, такой бы подошел к вечеринке?
     «Она не получала моих писем! — про себя возмущался Блюблад. — А я писал ей три раза!» «Кто-то за это должен ответить!» — пообещал он себе.
     — Так, значит, это в Вашу честь Пинки Пай организует вечеринку? — говорила тем временем Рэрити. — Вечно она все напутает! Я уж собиралась остаться дома, но теперь обязательно пойду! Удивительно, как она могла принять Вас за принца?
     — Надо же! Какая прелесть! — выразил свое восхищение единорог, сняв с вешалки следующий костюм. — Рубашки с полу-стоячими воротничками только вошли в моду и даже в Кантерлоте еще далеко не везде продаются!
     — Ах, Вы мне льстите, — смущенно опустила ушки Рэрити.
     Посетитель все сильнее поражал ее воображение. Деревенские вообще редко носили одежду и вряд ли могли отличить классический воротничок от филлидельфийского, а этот с первого взгляда смог опознать даже такую тонкую деталь. Они разговорились о современной моде и сошлись во мнении, что широкополые дамские шляпки, украшенные длинными перьями, останутся актуальны еще долгое время. Блюблад померил пару пиджаков, и Рэрити, поправляя на нем складки одежды, обратила внимание на прекрасную осанку клиента. В крепких мышцах единорога чувствовалась сила, но его ноги оставались при этом стройны и изящны.
     — Вообще, с Пинки Вы не соскучитесь, — предупредила хозяйка бутика. — Там обязательно будут петарды, и хотя бы разок Вас обсыпят конфетти. Главное — постарайтесь не получить в мордочку тортом.
     — Значит, это будет больше похоже на студенческую вечеринку? — уточнил принц. — В таком случае, думаю, следует взять что-то поярче.
     — Конечно, сейчас я мигом что-нибудь подберу! — единорожка с головой нырнула в гору одежды.
     — Ах, постойте! — воскликнул Блюблад. — У меня же нет денег! Боюсь, сегодня я ничего не смогу у Вас купить.
     — Нет, я просто не могу отпустить Вас без наряда, — возразила Рэрити, продолжая копаться в одежде. — Ведь это вечеринка в Вашу честь! Хотя бы одну яркую деталь, чтобы привлекать внимание.
     Она извлекла длинный шелковый шарф, расшитый крошечными драгоценными камнями. Рубины, изумруды и сапфиры образовали на ткани замысловатый узор. От яркого блеска камней принц даже прикрыл глаза.
     — Я не смею принимать такие подарки, — стал вежливо отказываться единорог. — Все эти камни обошлись Вам в кучу денег!
     — Нет, они мне достались практически бесплатно, — ответила синегривая пони. — Я их нашла. Не отказывайте мне в удовольствии делать небольшие презенты тем, кто мне симпатичен.
     — Но… — потерянно попытался возразить он.
     — И вообще, как Вам не стыдно отказывать даме? — лукаво продолжила единорожка.
     Пресекая все возражения, Рэрити накинула шарф на шею единорога и завязала ковбойским узлом. Он поглядел в зеркало — мастерски рассчитанная небрежность висевших на разной высоте концов придала ему некий особый шарм.
     — Это просто чудесно! — выразил он свое мнение.
     — Спасибо, а теперь прошу меня извинить, мне еще надо накраситься и переодеться, — сказала хозяйка бутика.
     — Конечно-конечно, встретимся на вечеринке? — спросил с надеждой принц.
     — Обязательно! — заверила его Рэрити. — Я не откажу себе в удовольствии еще с Вами поговорить.
     Блюблад вышел на улицу и заторопился в сторону площади. Ровно в восемь, он толкнул дверцу заведения под названием «Сахарный Уголок» и сделал пару осторожных шагов. Внутри было темно и тихо. «Странно, — удивился про себя единорог. — Неужели я ошибся или что-то не правильно понял?» Удивленно покачав головой, он собрался уже выйти на улицу. Бабах! Над ухом взорвалась петарда, и он почувствовал, как сверху на него падают конфетти. «Сюрприз!» — хором закричали со всех сторон. Комната стала быстро рассвечиваться фонариками с бумажными абажурами, и принц увидел множество пони, радостно размахивающих флажками.
     — Познакомьтесь все с нашим гостем — принцем Блюбладом! — встав на дыбы, прокричала Пинки Пай.
     — Эмм… доброго вечера, — смущенно пробормотал единорог.
     — Эй, Пинки, а ты ничего не напутала? — вмешалась голубая пегасочка с радужной гривой. — Видала я принца Блюблада, так он же совсем не такой!
     — Как это не такой! — возмутилась розовая земнопони.
     — Ну да, он — белый с желтой гривой. Мы же вместе с тобой его видели на Гранд Галопинг Гала!
     — Хмм… и правда не такой, — Пинки нахмурилась, но тут же нашла выход из положения. — Так он же просто сменил внешность! Это как маскарад! Как же я не догадалась сразу! У нас же будет не просто вечеринка, а вечеринка с маскарадом!
     Она пулей метнулась в заднюю комнату и тут же вернулась с натянутой на мордочку маской кролика. Заиграла музыка, и несколько парочек вышла в центр зала потанцевать. В дальнем углу Блюблад заметил мисс Спаркл, но решил пока с ней не заговаривать — уж больно настороженно она на него смотрела. Принц с опаской попробовал ягодный пунш. Решив, что яблок там нет, он налил себе бокал и взял парочку клубничных пирожных. Спустя пару мелодий, Пинки Пай объявила игру «стукнись носиком». Все встали вкруг, а пони, вышедшему в центр, завязали глаза. Покрутившись на месте, игрок пошел в случайном направлении и уткнулся мордочкой в чей-то услужливо подставленный нос. «Осаленный» таким образом пони сам стал в центр с завязанными глазами и пошел «тыкаться» в следующего. «Давайте же, мистер Блюблад, вставайте вкруг!» — прошептала сбоку Пинки и, упершись головой в бок принца, толкнула его в толпу играющих. Пони расступились, и он оказался прямо перед очередным ведущим. Миловидная голубая земнопони с розовой гривой и белой лентой на голове, попала носиком ему прямо в ушко и, не растерявшись, тут же легонько прикусила за кончик. Рассмеявшись, она сняла повязку и вручила ее смущенному единорогу. Пинки Пай вывела его в центр и, завязав глаза, стала раскручивать. Потеряв чувство направления, принц осторожно пошел вперед. Услышав чей-то возмущенный вскрик и непонятную возню, он сделал еще один осторожный шаг и почувствовал, как его нос во что-то уперся. Во что-то, пахнущее легким ароматом жасмина. Он снял повязку — перед ним оказалась Рэрити. С ее спины ниспадало складками легкое шелковое платье, голову украшала ажурная серебряная диадема, а прекрасные лазурные глаза были подчеркнуты густыми пушистыми ресницами. Стоявшие по сторонам пони, которых она растолкала, чтобы оказаться перед принцем, недовольно на нее косились.
     — А Вы, оказывается, тот еще ловелас, — лукаво заметила единорожка.
     — Простите, просто Пинки Пай… она такая… убедительная, — ответил Блюблад.
     — Да, она из тех, кому сложно отказать, — со смехом подтвердила синегривая пони.
     — Позвольте пригласить Вас на танец? — осмелился предложить он.
     Рэрити согласилась, положила передние ноги ему на спину, и единорог закружил ее под весьма кстати заигравший «Вальс одуванчиков».
     — Ах, как я рада, что вы помирились! — прокричала Пинки, скача по залу следом за ними.
     — Как это помирились? — удивилась Рэрити. — Ты о чем это?
     — Ну, как же! Это — же принц Блюблад! Ты же помнишь, как он в прошлый раз тебя обидел?
     — Какой же это принц? — возмутилась единорожка. — Да принцу до него так далеко, как пешком до Лас Пегасуса!
     — Ай, ладно, — не стала спорить розовая пони. — Главное, что все хорошо!
     Пинки Пай упрыгала в другой конец зала, где Эпплджек деловито резала на блюде огромный торт, а незнакомая желтая пегасочка с розовой гривой надувала воздушные шарики. Блюблад не знал, то ли радоваться подобному сравнению, то ли огорчаться. Рано или поздно Рэрити узнает, что он на самом деле принц Блюблад, и как она себя поведет — неизвестно. Подумав, что будь оно, как будет, он отбросил все свои опасения и решил наслаждаться моментом. Заиграла новая мелодия, и принц вновь пригласил единорожку на танец.
     Они потанцевали, поели пирожных, перешли на «ты», выпили по этому поводу пунша, а потом поучаствовали в веселых конкурсах. В одном из них даже умудрились победить. Хотя Рэрити, в отличие от принца, головы не потеряла, но принимала ухаживания весьма благосклонно. Что-то в этом единороге ее привлекало: его особый шарм и обаяние, искренность и одновременно — загадочность. Он казался героем романа — аристократом, потерявшим все из-за подлых завистников, и затаившимся, чтобы однажды отомстить своим недругам. Конечно, его простоватая морда не слишком вписывалась в этот романтический образ, но единорожка и не собиралась всерьез принимать подобную «книжную» версию. «Скорее, он просто прислуживал в богатом доме, где и набрался манер, знания этикета, и научился разбираться в одежде», — решила она.
     Уже далеко заполночь Блюблад проводил Рэрити до дома и отправился в сторону фермы. Задумавшись по пути, он не заметил, как ноги повели его по уже не раз проделанному за сегодня маршруту. Очнулся от размышлений он только когда оказался возле полуденных роз. Деревья тревожно шуршали листьями на слабом ветерке, а большие спелые яблоки поблескивали глянцевыми боками в лунном свете. Он вспомнил намеки тетушки Тии, утренние слова Эпплджек, и подумал: «А почему бы ни попробовать? Что если эти яблони и правда могут чувствовать? В конце концов, здесь кроме меня все равно никого нет». «Эмм… привет! — заговорил единорог. — Я тут новенький, и буду работать на ферме». В налетевшем порыве ветра листья зашуршали сильнее, будто перешептываясь друг с другом. «У вас очень красивые плоды, и вы мне нравитесь. Я бы хотел с вами подружиться, — принц коснулся носом ствола ближайшей яблони. — Нам придется вместе работать, а ведь всегда лучше работается вместе с друзьями». Ветер стих, и холм с полуденными розами погрузился в тишину. К ногам Блюблада упало яблоко. «Совпадение или ответ?» — удивился он, но решил исходить второго варианта. «Спасибо!» — воскликнул принц и спрятал яблоко в свою сумку. Собравшись идти назад, он заметил на тропинке чью-то фигуру. В темноте опознать кого-то было непросто, но у этой пони на голове виднелась шляпа.
     — Слышь, как ты докумекал? — тихонько спросила Эпплджек.
     — Эмм… что? — насторожился Блюблад.
     — Как ты докумекал поговорить с ними?
     — Ты считаешь меня сумасшедшим?
     — Нет, — она подошла ближе. — Вовсе нет. Бигмак сказал — у тебя проблемы с головой, и я решила проследить, чтобы ты не заплутал тут среди ночи. Подобного — не ожидала. Не всякий земной пони стал бы говорить с яблонями, а уж чтобы единорог… а они ведь взаправду все понимают.
     — Я, на самом деле, вовсе не был уверен…
     — Все равно. Завтрева поглядим, что они порешают. Пойдем, а то с утра глаз не продерешь. Мы тутова рано встаем.
     Оглянувшись напоследок на деревья, Блюблад пошел следом за фермершей к дому.
     

***

     «Ваш кофе!» — объявил третий секретарь, вкатывая в кабинет сервировочный столик. Глянув, сколько разнообразных предметов на нем стояло, Саншайн невольно усмехнулась. «Чашечка кофе». Насколько же сильно, оказывается, эта вещь могла отличаться в разных местах. Муж пегасочки на подобную просьбу насыпал бы растворимого порошка, залил бы его кипятком, добавил бы сахар со сливками, размешал и — что всегда ее умиляло — отпил бы глоток попробовать, а что он там, собственно, намешал своей дражайшей супруге? В кафе перед клиентом ставили блюдце с чашкой и ложечкой, и отдельно — сахар со сливками, чтобы можно было добавить по вкусу, а в особо хороших местах клали еще и конфеты. Здесь же банальная чашечка кофе разрослась до целого походного набора на все случаи жизни. Десять сортов кофейных зерен, чайник с кипятком, газовая горелка с набором турок и поднос с горячим песком. Песок требовался для варки кофе по рецепту из Седельной Арабии. На втором ярусе: молоко, сливки, корица в трубочках, корица натертая, и еще несколько разных присыпок. Отдельный поднос посвящался сахару. Там был сахар-песок, белые кубики рафинада, прозрачные кристаллы леденцового сахара, грубо наколотый кусковой, бурые комки тростникового и ярко-оранжевые кусочки кленового сахара.
     — Как Вам приготовить? — поинтересовался секретарь.
     — Эмм… Сильвестр, сделай, как обычно, — попросила Саншайн.
     — Как обычно Повелительнице? — уточнил он.
     — Да.
     — У Ее Величества весьма своеобразный вкус, — предупредил секретарь.
     — Значит, заодно, и попробую, как она любит пить кофе, — ответила пегасочка.
     Поколдовав минут пять над подносом, Сильвестр поставил перед ней крошечную чашечку темно-бурого напитка. Саншайн пригубила и чуть было не поперхнулась: кофе оказался обжигающе-горячим, невероятно крепким и приторно-сладким. Впрочем, выбор принцессы Селестии был вполне объясним: чем крепче кофе, тем быстрее он прогоняет сонливость, а сахар — чистая энергия. Он быстро всасывается в кровь из желудка и придает сил. Что касалось вкуса — к нему просто следовало привыкнуть. Принцесса пила кофе вовсе не для наслаждения, а чтобы повысить работоспособность. «То, что надо», — произнесла Санни, возвращаясь к чтению очередного документа.
     Второй секретарь объявил о визите министра образования. После получасового доклада, пожилой земнопони по имени Лерн Краммер застыл в ожидании указаний.
     — Мы уяснили проблему, однако не можем в настоящее время дать Вам ответ, — как обычно произнесла копия принцессы.
     — Простите, Ваше Величество, но это довольно срочно! — осторожно заметил мистер Краммер.
     — Тем не менее, Вам придется подождать, как и всем остальным, — ответила Саншайн.
     — Это из-за слухов о войне с грифонами? — поинтересовался министр.
     — Грифоны? Какие глупости, — фыркнула пегасочка. — С грифонами у нас как никогда теплые отношения.
     — Но в чем же… — заметив прищуренный взгляд белого аликорна, земной пони решил, не продолжать.
     — Мы известим Вас, когда ситуация прояснится, — произнес двойник Повелительницы тоном, явно говорящим: «Аудиенция окончена».
     Лерн Краммер коротко поклонился и вышел, излучая недовольство своей нахмуренной мордочкой. Следом должен был идти министр культуры, однако вместо него в дверь кабинета вошла принцесса Луна.
     — Мы поговорили с министром, и он счел Наше дело более важным, — с усмешкой пояснила неожиданная визитерша.
     — Доброго вечера, Ваше Величество, — поприветствовала ее Саншайн.
     — «Луна», — поправила ее ночная принцесса. — Наедине можно без церемоний.
     — Луна, Вы что-нибудь выяснили? — спросила Санни.
     — Нет, у Нас к тебе другое дело, — ответила посетительница. — Мы наблюдали сегодня за опытами мисс Спаркл. Она слишком близко к сердцу приняла пропажу Нашей сестры. Мы опасаемся, что мисс Спаркл попытается отправиться следом при первой же возможности.
     — Что же Вы предлагаете?
     — Извести ее от имени Повелительницы, что Селестия вернулась и с ней все в порядке, — предложила Луна. — Иначе нам предстоит лишиться еще одной пони. Пусть продолжает изучать порталы, но не рискует.
     — Хорошо, я сейчас составлю письмо, — пегасочка придвинула к себе чистый свиток.
     В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет буквально ворвалась сердитая розовая пони. По рогу и крыльям сразу можно было признать в ней аликорна, а золотая диадема на голове извещала о том, что посетительница является принцессой.
     — Доброго вечера, Каденс, — невозмутимо произнесла Луна.
     — Доброго вечера, Ваши Величества, — резко ответила сердитая визитерша. — Ми Аморе Каденция, с Вашего позволения.
     — Доброго вечера, Ми Аморе Каденция, — насмешливо фыркнув, исправилась ночная принцесса.
     — Что все это значит?! — осведомилась розовая пони.
     — Эмм… а что именно «все это»? — осторожно поинтересовалась Саншайн.
     — Вся эта стража! Щит! Мой жених целыми днями где-то пропадает! На нас напали? Почему не известили меня? — учинила допрос Ми Аморе Каденция.
     — Нет, просто мы решили усилить меры безопасности перед свадьбой, — успокаивающе ответила Луна.
     — Вы же не станете скрывать от меня опасность? Я — тоже принцесса и должна защищать Эквестрию!
     — Не волнуйся, Мы тебя обязательно известим, если Эквестрии будет некто грозить, — пообещала ночная принцесса.
     — Простите мою резкость, я просто сильно взволновалась, — произнесла розовая пони.
     Попрощавшись с Их Величествами, она вышла за дверь, и Луна задумчиво уставилась ей в след.
     — Каденс сильно переменилась в последнее время, — заметила ночная принцесса. — Ты не замечала?
     — Нет, я слишком мало общалась с принцессой Каденс, чтобы о чем-то судить, — ответила Саншайн. — Возможно, это из-за свадьбы? Невесты всегда нервничают перед этим событием.
     — Вестимо, — согласилась Луна. — Нам уже тоже пора идти готовить Селену к подъему.
     Попрощавшись с Саншайн, она вышла из кабинета, и в дверь прошмыгнул дождавшийся, наконец, своей очереди министр культуры.

© Рон