Отраженный свет



Глава I.


Глава II.


Глава III.


Глава IV.


Глава V.


Глава VI.


Глава VII.


Эпилог.


Сразу все главы






Глава VI.


     Селестия готовила завтрак, когда на кухню вошла бабушка Некки. К счастью, пребывая в задумчивости, она не обратила внимания на то, как дочка вовсю орудует телекинезом.
     — Знаешь, доченька, — начала она разговор, — загостилась я у вас.
     — Ну что ты, мам, — ответила Селестия.
     — Загостилась. Да и к сестре давно уже обещалась съездить.
     — Это из-за меня?
     — Ну что ты, Светлячок… — голос Некки показался принцессе недостаточно искренним.
     — А когда поедешь?
     — Да сегодня. Внучек отведу в садик и поеду.
     Услышав, что жеребята уже подняты, бабушка вышла в прихожую и вывела их за дверь. Рыжий пегас уселся за стол, довольно потер копытами и принялся за поедание тостов.
     — Дорогой, ты сможешь забрать дочек из садика? — спросила принцесса.
     — Да, а что, теща не сможет?
     — Она уезжает, — Селестия смущенно опустила голову.
     — А, ну и чудесно!
     — Э-э-э… то есть ты не расстроен?
     — Я? Расстроен?! — Энди от удивления даже перестал жевать. — С чего бы это мне расстраиваться отъезду тещи?
     — Да, и правда, что это я… — она осторожно усмехнулась.
     — Ты мне черкни записочку, как с Повелительницей переговоришь, хорошо?
     — Да, милый.
     Похоже, новость про отъезд лишь прибавила пегасу хорошего настроения. Доев последний кусочек, он ласково куснул принцессу за ушко и нежно провел подбородком по гриве, от чего по всему телу Селестии пробежали мурашки, а непроизвольно распахнувшиеся крылья чуть не смели со стола чашки. «Вечером продолжим», — шепнул Энди на прощание.
     Дождавшись хлопка входной двери, она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы унять сердцебиение, и телепортировалась в замок. Пока второй секретарь знакомил ее с новостями и списком сегодняшних дел, она вернулась в свой естественный облик и сняла блокировку c магического почтового ящика. С тихим хлопком материализовалось несколько свитков, отправленных ей в течение ночи.
     — Ты отменил занятие с мисс Спаркл? — спросила Повелительница, дослушав распорядок до конца.
     — Да, Ваше Величество, еще в понедельник.
     — Хорошо, я напишу ей письмо.
     Селестии нравилась эта юная единорожка. Твайлайт Спаркл обладала высоким потенциалом и отличалась пытливым умом и любознательностью. Понимая, что в битве с Найтмермун, время которой неуклонно приближалось, помощь столь талантливого мага будет не лишней, Повелительница сделала ее своей подопечной, лично контролируя процесс обучения. По средам она давала Твайлайт индивидуальные уроки, но одно занятие вполне можно было пропустить. В своем письме принцесса выразила сожаление об отмене и дала задание на следующий урок. Отослав свиток, она перешла к другому вопросу.
     — Фрайт, распорядись выдать миссис Бугсон ссуду в размере пятидесяти тысяч на полгода в счет жалования.
     — Простите, Ваше Величество, — ответил он, подсчитав что-то в уме. — За полгода такую сумму ей не выплатить.
     — Почему? — удивилась Селестия. — Сколько же она получает?
     — Три тысячи пятьсот монет в месяц, — Фрайт смущенно наклонил голову.
     — Как? Как пони на ее должности может столько получать?!
     — Дело в том, что ее должность… — секретарь замолчал, не решаясь продолжать.
     — Ну? — подбодрила его Повелительница.
     — Она — придворная актриса, — наконец, выдавил из себя информацию мистер Нюсенс.
     От возмущения Селестия даже не сразу нашлась что сказать. Придворные актеры, или вернее даже, шуты работали по совместительству, выступая пару раз в неделю на банкетах. Их задачей было создание непринужденной атмосферы и развлечение гостей. Конечно, Саншайн можно было назвать актрисой — она играла роль принцессы — но ее обязанности были на порядок сложнее.
     — Я правильно поняла, что пони, на которую возложена гигантская ответственность, которой доверено говорить и действовать от моего имени, руководствуется должностной инструкцией для скоморохов?
     — Ну… все-таки она ничем не руководит и не принимает решений…
     — Фрайт, я просто хочу, чтобы все пони, состоящие на государственной службе, находились на должности и получали жалование согласно выполняемым обязанностям. И раз уж в работе кадрового департамента вскрылись такие недочеты, организуй кадровую проверку. Необходимо выяснить, кто из служащих выполняет работу, не соответствующую должности и размеру жалования, и перевести их на соответствующие посты. Через два месяца — жду отчет. Думаю, двух месяцев хватит.
     Секретарь тихонько вздохнул, эта неделя еще долго будет ему аукаться. Принцесса, внезапно выйдя за пределы мирка, в котором пребывала уже много столетий, свежим взглядом стала подмечать все странное, непривычное и неправильное. Проверку персонала действительно давно уже следовало организовать: навскидку Фрайт мог назвать троих пони, кому по результатам светит внезапное повышение, а кое-кто наоборот рискует лишиться теплого местечка. А вот с какой стати принцессу заинтересовали религиозные воззрения жителей пограничья? Полученный поздно ночью свиток с очередным поручением Повелительницы его сильно озадачил.
     — Касательно ссуды, — тем временем продолжила Селестия. — Распорядись выдать ее на полтора года, с пересчетом срока после уточнения жалования миссис Бугсон.
     

***

     Два пони вышли из дилижанса на мощеную площадь Хуффингтона. Всю дорогу Понифаций оставался в облике королевского инспектора. Решив, что к родителям Карви лучше явиться в родном обличии, он повел лейтенанта на постоялый двор. Сняв комнату, он оставил там единорога охранять звезду и тихонько вышел на улицу. К гостинице примыкал кабак, куда Фаций первым делом и направился. Кабатчик, как правило, знает всех местных жителей и готов поделиться сведениями, пока наливает посетителю порцию сидра. «Налей-ка мне горло промочить», — сделал заказ Понифаций, усаживаясь за барную стойку. Желтый пегас с бурой гривой, наполнив кружку, лениво толкнул ее в копыта клиента. Опорожнив сосуд, земнопони довольно крякнул и отправил его за добавкой.
     — Хорош сидорок, на чем сбраживаете? — поинтересовался Фаций.
     — Мы груши добавляем, — поделился секретом пегас, наливая вторую порцию.
     — Приятель, не подскажешь, где живут Вуды. Меня просили им привет передать.
     — Так они уехали.
     — Давно?
     — Так года три как.
     — А куда?
     — Этого не знаю. Спроси в ратуше, там книга есть, куда все записывают.
     Понифаций допил сидр, положил на стойку монетку и пошел обратно в номер. Посетить местный орган самоуправления он решил в официальном виде.
     Трехэтажное каменное здание ратуши выходило фасадом на центральную площадь. Часовая башня над домом служила одновременно пожарной каланчой — к зданию примыкала местная пожарная часть. Напротив высоких дверей на площади стояла статуя Повелительницы, обрамленная клумбой с тюльпанами и садовыми ромашками, а над цветами возвышалось несколько подсолнухов, считающихся символом принцессы Селестии. Визит королевского инспектора вызвал в ратуше легкую панику. Навстречу, оторвавшись от завтрака, выскочил сам бургомистр — светло-серый земной пони с черной гривой.
     — Доброго утра, господа, — поприветствовал он важных посетителей. — Я Сигнификант, бургомистр. Чем могу служить?
     — У нас очень простой вопрос, мистер Сигнификант, — ответил Фаций — магия звезды сделала манеру речи более официальной. — В Вашем городке проживало семейство Вудов. Три года назад они переехали. Нас интересует — куда.
     — Конечно-конечно, все записано, — заверил их бургомистр и махнул одному из служащих: — Нотс, принеси приложение к реестру населения.
     Светло зеленый пегас бросился к двери с надписью «Архив». Прошло несколько минут, и он вынес картотечный лист.
     — Судя по записям, на прошлой неделе приложение брал мистер Шед и до сих пор не вернул, — сообщил архивариус.
     Всеобщее внимание сфокусировалось на молодом буром единороге. Ушки пони виновато опустились, а хвост стал нервно подергиваться. «У меня его нет», — пробормотал он. Понифаций нахмурился, и на его морде возникло выражение как-бы говорящее, что обо всех недостатках будет доложено Повелительнице. Вспотевший бургомистр промокнул лоб платочком и неодобрительно глянул на провинившегося.
     — Это все она! — затараторил Шед. — Крутилась тут, а потом глядь, а книги-то и нету!
     — Кто — она? — спросил Понифаций.
     — Одна сумасшедшая пегасочка, она тут переводы делала для мистера Нотса.
     — Эрин? — удивился зеленый пегас.
     — Где живет? — продолжил выяснения Фаций.
     — Я не знаю, — ответил архивариус, и тоже покрылся испариной. — Она сама приходила, когда искала подработку.
     — Я ее в библиотеке видел, — сообщил кто-то из задних рядов. — Наверняка там ее адрес записан.
     — Мы займемся этим, — уведомил всех Понифаций. — Честь имею.
     Сделав легкий поклон, лейтенант Стронгхарт звякнул накопытными накладками, от чего все нервно вздрогнули. Королевский инспектор уточнил у бургомистра адрес библиотеки и направился к небольшому деревянному домику на другом углу площади. Распахнув скрипящую дверь, Фаций вошел внутрь и окинул глазами книжные полки.
     — Доброго дня! — жизнерадостно поприветствовала их голубая кобылка-земнопони. — Слыхали, нам вчера новые романы Дэрин Ду привезли! Ой, вы новенькие?
     — Да, мисс, — ответил Фаций. — Нам нужна ваша помощь.
     Официальный вид и интонации инспектора вызвали у кобылки ощущение, что эта помощь нужна самой Повелительнице.
     — Вы же из самого Кантерлота? — она взволновано вскочила, из-за стола. — Конечно, чем могу помочь?
     — Посмотрите, пожалуйста, адрес пони-пегаса по имени Эрин.
     «Эрин… Эрин…» — бормотала голубая пони, перебирая картотеку. Наконец, она вытащила карточку и протянула Понифацию.
     — Эрин Флип, ферма «Бигтурнип», южный тракт, — прочитал он, покачав от досады головой. — Это же прямо под Кантерлотом! Придется обратно тащиться…
     — Эмм… господа, — нерешительно заговорила библиотекарша. — Если Вы собираетесь к мисс Флип, не могли бы Вы ей передать, чтобы вернула книги? А то она взяла почти десяток и еще ни одной не отдала.
     — Конечно, мисс, я передам, — ответил Фаций.
     — Вот, я сейчас список составлю, — обрадовалась кобылка. — Если не сможет прилететь, пусть хотя бы почтой вышлет!
     Понифаций записал адрес в блокнот и вложил в него список библиотекарши. Пожелав ей всего хорошего, земной пони и единорог вышли на площадь.
     — К вечеру еще успеем в Кантерлот, — сказал Фаций. — Давай, ты за вещами, а я в дилижансе место займу.
     — Сэр… — замялся лейтенант.
     — Ах, да, звезда, — хмыкнул земнопони. — Ну, пошли вместе.
     
     

***

     Селестия торопилась в госпиталь. Спустя несколько часов, полных важных дел, встреч и решений, настало время проведать свою подругу. Саншайн сидела у окна, грея в лучах солнца приоткрытые крылья. «Тия!» — обрадовалась она при виде принцессы и, пойдя навстречу, ткнулась носиком в шею аликорна.
     — Здравствуй, Санни. Прости, я поссорилась с твоей мамой и она уезжает.
     — Ох, — вздохнула пегасочка, — она у меня хорошая, но совершенно не в состоянии воспринять точку зрения, отличную от ее собственной.
     — Понимаешь, когда она стала говорить про книгу Ихувса…
     — Что?! — воскликнула Саншайн, рассмеявшись. — Она тебя учила, как правильно поклоняться… э-э-э… тебе?
     — Да, но я просто случайно… Я даже не думала…
     — Вообще у нас с ней все так всегда и кончается. Я начинаю ей возражать, а она обижается и уезжает. Не кори себя, через месяцок она соскучится по внучкам и вернется, — успокоила Селестию Санни. — Лучше расскажи про дом.
     — Все в порядке, нужную сумму Энди собрал. Надеюсь, никаких неожиданностей не приключится.
     — Где он взял столько денег?
     — Одолжил у родителей, взял ссуду на работе… — помедлив, Тия добавила, — ну и ты взяла ссуду.
     — Я?! — пегасочка потрясенно уставилась на принцессу.
     Селестия, улыбнувшись, утвердительно покивала.
     — Я никогда не посмела бы обратиться…
     — Посмела, обратилась и получила, — сообщила ей Тия. — Думаешь, было бы хорошо, если бы из-за твоей нерешительности близняшки остались без того блистательного будущего, что ты мне вчера описала?
     — А что сказал Энди?
     — Я ему объяснила, что принцессу Селестию нисколько не огорчит эта маленькая просьба, — принцесса весело фыркнула. — А еще я узнала, на какой должности ты числишься.
     — Актриса, — вздохнула Санни. — Но меня это вполне устраивает.
     — Зато не устраивает меня.
     — Тия! — испуганно прошептала пегасочка.
     — Не устраивает, как правительницу Эквестрии, а не как твою подругу, — уточнила Повелительница. — Я последовала твоему совету не смешивать личное отношение с работой, поэтому поручила решение вопроса кадровому департаменту. А там уж как они решат…
     — Благодарю Вас, Ваше Величество, — сказала Саншайн, и Селестия подозрительно на нее взглянула, но все было правильно — благодарность адресовалась правительнице Эквестрии, а не подружке.
     — Знаешь, странно получается, я видела тебя почти каждый день на протяжении нескольких лет, я постоянно читала твои мысли, но, как оказалось, я так мало о тебе узнала… Ты помнишь день, когда мы познакомились? Ты вышла на сцену, и мне на миг показалось, что это я сама там стою…
     — Конечно, Тия, сложно забыть день, в который рухнула моя карьера в театре…
     — Я не понимаю… расскажешь?
     

***

     Санни с жеребячьего возраста была просто помешана на принцессе. Конечно, все юные кобылки мечтали быть на нее похожей, но мало кто знал о ней столько подробностей, сколько знала Саншайн. В ее коллекции были картинки с принцессой, книги о ней и камни, по которым она якобы ступала. Самый ценный экспонат — перо из крыла Селестии, она купила на собранные за три месяца карманные деньги у бродячего торговца. Повзрослев, она, конечно же, поняла, что перо фальшивое.
     Родители мечтали вырастить из нее знаменитую пианистку, но музыка давалась Саншайн с огромным трудом. Только обещание матери свозить ее в Кантерлот на церемонию поднятия солнца заставило дочку стиснуть зубы и часами просиживать за ненавистным инструментом. Сыграв свою последнюю мелодию на выпускном экзамене, она опустила крышку пианино, чтобы больше никогда в жизни ее не поднимать. Диплом Саншайн отдала родителям со словами «Вам он был нужен, вот и забирайте».
     Истинное призвание пегасочки мама с отцом разглядеть так и не смогли. Ее страсть считалась чем-то детским и временным, и они все ждали, когда же дочка бросит свои глупые мечты и займется чем-нибудь серьезным.
     Сама Саншайн осознала свое предназначение после одного из школьных спектаклей. В тот раз ставилась классическая пьеса «Небесный Воздыхатель» — это произведение древнего писателя Кольтера играли в школе почти каждый год. Санни путем долгих уговоров удалось выпросить себе роль принцессы. Стоило ей появиться на сцене, пройтись, глянуть в зал, у многих зрителей по спине пробежал холодок. Глаза видели деревянный рог, гриву из разноцветной бумаги, тиару из крашеной жести, но присутствующие внезапно поверили, что на сцене стоит сама Селестия. В тот день Саншайн вернулась домой уже с кьютимаркой.
     Быть принцессой Селестией — одно из самых бесполезных призваний, какое только можно придумать. Единственное место, где его можно использовать — театр, но кто даст такую важную роль молодой неизвестной актрисе? Выбора все равно не было. После школы Саншайн окончила курсы актерского мастерства и уехала в Кантерлот продолжать обучение в театральном колледже. Актриса из нее была неважной, и несколько лет пегасочка довольствовалась лишь ролями в массовке, пока не настал ее звездный час.
     Примадонна — белая единорожка по имени Гортензия, играющая роль принцессы, внезапно не явилась на спектакль, прислав записку, что заболела. Главный режиссер Куртайн бегал по театру и рвал из гривы волосы — премьеру новой постановки «Изгнания Хаоса» собиралась посетить сама Повелительница. «Кто знает слова?!» — в исступлении вопрошал режиссер у всех встречных. Саншайн знала. Она знала все слова Селестии во всех пьесах из репертуара театра. По многу часов в своей комнатенке она читала роли, читала просто ради удовольствия, пегасочке не надо было репетировать, чтобы становиться Селестией. Прослушав, как она читает, Куртайн быстро поволок Саншайн в гримерку.
     В Королевском театре реквизит был высочайшего качества. Рог принцессы — точная копия, тиара, хоть и не золотая, но отличить ее можно только повертев в своих копытах, а мерцающая грива — результат работы двух магов-иллюзионистов. Когда Саншайн вышла на сцену, по залу пронесся вздох удивления. Кто-то из зрителей сразу опустился на колени, а остальные в недоумении обернулись к королевской ложе, где точно так же удивленно замерла принцесса. Селестия завороженно смотрела на сцену, по которой ходила она сама. Актриса может загримироваться, может выучить слова, манеру речи, походку, но никакое актерское мастерство не позволит ей излучать эту ауру величия, мудрости и силы, что исходила от пони на сцене. Задумавшись, Повелительница покинула свою ложу, не дождавшись конца представления. У нее начала зарождаться идея, как можно использовать талант актрисы в интересах страны.
     Мечта Саншайн осуществилась, она сыграла принцессу на главной сцене Эквестрии, но ее взлет обернулся падением. «Ты разгневала Ее Величество! — шипел на нее Куртайн, трясясь от страха. — Она ушла с середины пьесы и отнюдь не улыбалась! Тебе лучше покинуть Кантерлот на ближайшем дилижансе!» Вручив выходное пособие, режиссер быстро проводил пегасочку к выходу.
     Санни решила задержаться на день: пройтись по улочкам горного города, постоять на смотровой площадке, взглянуть на радужные фонтаны. Она понимала, что уехав, уже никогда сюда не вернется. Вечером ее ждало письмо, в котором правительница Эквестрии приказывала явиться в замок для личной аудиенции. Сердце пегасочки сжалось от страха, но представив, что она будет стоять рядом с принцессой и, может быть, даже поговорит с ней, Саншайн отбросила все сомнения. Ради этого она была готова к любому наказанию.
     Предложение Повелительницы пегасочка приняла, не раздумывая, она даже не поинтересовалась условиями труда и размером жалованья. Две недели Саншайн неотступно следовала за принцессой, как губка впитывая мельчайшие детали ее поведения, после чего Селестия сочла ее готовой к первому заданию. Оно было не сложным — посмотреть из королевской ложи новую постановку.
     
     

***

     В конце рассказа принцесса глубоко вздохнула.
     — Как тяжело сознавать, что я могу так легко поломать чью-то судьбу, даже не заметив этого, — сказала она. — Обычно мне просто скучно в сотый раз смотреть новый вариант «Изгнания Хаоса», не говоря уже о том, что основой для пьесы стали события с моим участием, и мне не слишком приятно о них вспоминать. А единственный раз, когда меня так впечатлила актерская игра, что я забыла лишний раз потопать актерам, меня все неправильно поняли.
     — Но ведь все закончилось хорошо, — ответила Саншайн.
     — Да, в твоем случае — хорошо. А кому-то еще могло не повезти, — принцесса покачала головой. — Мне постоянно надо себя контролировать. Лишний жест, неверно истолкованный взгляд, и кто-то из-за меня страдает. А иногда так хочется закрыть глаза и расслабиться… — прервавшись, она глянула на пегасочку. — Прости, мне не следовало все это говорить.
     — Ну что ты, Тия, зачем нужна подружка, если ей нельзя поплакаться?
     — Ах, значит вот, как это называется?! — Селестия хихикнула. — А когда поплачешься, что обычно дальше происходит?
     — Обычно, становится легче.
     — Действительно — легче. Спасибо, Санни, — принцесса встала, собравшись уходить. — Мне пора. До завтра, подружка!
     

***

     Солнце клонилось к закату, когда инспектор со стражником добрались до Южного тракта. Остановившись под выцветшей вывеской «Бигтурнип», Понифаций с сомнением стал осматриваться. На небольшом плато почти под самыми стенами Кантерлота стояло две теплицы и покосившийся домик. Ферма выглядела совершенно заброшенной, но у входа проглядывал пятачок вытоптанной земли, а в густой траве, покрывшей заросшие грядки, лежало несколько охапок свежескошенного сена. Земной пони подошел к входной двери и постучал.
     — Может, ее нет дома? — спросил лейтенант, когда на стук никто не отреагировал.
     — Нет, смотри, — Фаций подергал за ручку, — заперто на засов. Кто-то внутри все же есть.
     Он постучал еще раз и покричал: «Мисс Флип! Нам надо с Вами поговорить!» Спустя пять минут криков и долбежки, внутри послышались признаки жизни. «Сейчас-сейчас, мистер!» — отозвался хрипловатый голосок, и послышался лязг отодвигаемого засова. «Простите, я немножко зачиталась… Чем обязана?» — спросила выглянувшая из двери пегасочка. Ее шерстка была синей, а взлохмаченная розовая грива торчала во все стороны. Кобылка близоруко щурилась — на ее носу поблескивали маленькие очки.
     Взгляд хозяйки фермы упал на Стронгхарта, и облик сурового серого единорога поразил юную пегасочку прямо в сердце. Медные доспехи лейтенанта были тщательно отполированы и сияли золотым блеском в лучах заходящего солнца. Кобылка неловко попыталась пригладить гриву, досадуя, что не догадалась с утра причесаться. Ее крылья легонько подрагивали, готовые в любой момент распахнуться от нахлынувших эмоций.
     — Мисс Флип? — поинтересовался Понифаций.
     — Д-да… — пролепетала она, не сводя взгляда с единорога.
     — Я — инспектор Понифаций, а это — мой помощник лейтенант Стронгхарт. Нам нужна Ваша помощь, — продолжил земнопони.
     — Конечно, все, что угодно! — не смотря на то, что с ней говорил Фаций, отвечала она исключительно единорогу.
     Стражник пытался сохранять невозмутимость, но земной пони заметил, как он от смущения слегка втянул голову. Тихонько хмыкнув, инспектор продолжил опрос.
     — Вы недавно взяли в ратуше Хуффингтона книгу.
     — Я?! — непритворно удивилась Эрин. — Хотя… да, я могла. А про что она была?
     — Это было «Миграционное приложение к реестру населения».
     — Что-то припоминаю… Она мне не понравилась, там было много действующих лиц и совершенно никакого сюжета!
     — Где она?
     — Тут, — пегасочка махнула копытом в дверь и посторонилась.
     Все прошли внутрь. Сквозь заколоченные окна свет почти не проникал, и пони постояли, привыкая к полумраку. Вся комната была усыпана печатными изданиями. Книги стояли на полках, лежали на столе, диване и тумбочках, а некоторые просто валялись на полу. Отдельной горкой возвышалась куча газет и журналов.
     — Где — тут? — поинтересовался Фаций.
     — Ну… где-то тут… — Эрин беспомощно обвела копытом помещение.
     — Вы же поможете нам ее отыскать? — мягко спросил Стронгхарт.
     — Да! Сейчас! — голос единорога подействовал окрыляюще, и мисс Флип вихрем заметалась по комнате.
     Спустя пятнадцать минут, когда половина книг уже перекочевала на другие места, искомый томик был обнаружен под ножкой дивана.
     — Он шатался, а книга все равно неинтересная, — смущенно пояснила пегасочка.
     — Благодарю Вас, — сказал Понифаций, забирая приложение.
     Он пролистал страницы и быстро нашел нужную информацию: семейство Вудов переехало в Лас-Пегасус, Сиэлосиннубес-стрит, 56-бета. Земнопони с единорогом направились к выходу, а пегасочка пошла следом, чтобы еще немножко побыть рядом с блистательным лейтенантом.
     — Постойте, а зачем Вы их ищете? — спросила она, желая задержать их хотя бы на минутку.
     — Мы разыскиваем одного пропавшего пони, а это одна из возможных ниточек, которая может к нему привести, — пояснил инспектор.
     — Так это что, — изумилась Эрин, — у вас самое настоящее приключение?
     — Выходит, что так, — усмехнулся Фаций.
     Эрин задрожала от волнения. Любительница книг, она прочитала про множество пони, попадавших в разнообразные приключения, куда-то путешествующих, кого-то или что-то ищущих, но впервые настоящее приключение стояло прямо у нее на пороге. Глянув еще раз на единорога, она преисполнилась решимости.
     — Возьмите меня с собой! Я буду работать бесплатно… ну если только совсем чуть-чуть на карманные… ну и покушать, а то уже тошнит от сена…
     — А зачем? — удивился Фаций.
     — Ну, летом у меня работы почти нет, так что я вполне могу и отлучиться…
     — Я имел в виду, нам зачем?
     — А… так ведь это же классика! — воскликнула Эрин. — Универсальная команда — земной пони, пегас и единорог! Когда складываются силы трех рас, разве может что-то не получиться? Во всех книгах об этом написано!
     Понифаций задумался. Хотя использовать в качестве руководства книжные приключения, было бы глупо, но определенный смысл в словах пегасочки имелся. Пегас может быстро слетать с донесением, он может залететь в труднодоступное место или провести разведку… хотя глянув на близорукий прищур мисс Флип, он решил, что с последним погорячился. Земной пони обернулся к лейтенанту. В глазах Стронгхарта читалось смущение, но было и что-то еще — он явно был не против компании. «Надо же, а пацан-то запал на эту чокнутую!» — понял Фаций.
     — Хорошо, возьмем тебя в качестве привлеченного специалиста, — сообщил он свое решение, и достал из записной книжки листик библиотекарши. — Вот тебе первое задание: все книги из этого списка, а так же приложение к реестру отправить почтой в Хуффингтон. Потом лети на вокзал, мы отправляемся в Лас-Пегасус.
     

***

     Энди Бугсон заглянул во двор детского садика, выискивая глазами своих дочек. Настроение было отличное: на работе дали добро, от жены пришла записка, что все в порядке и в обеденный перерыв он с конторским стряпчим наведался к мисс Снорк подписать предварительное согласие. Спустя две недели, когда сделку зарегистрируют в мэрии, семейство Бугсонов станет полновластным владельцем особняка.
     Близняшки увлеченно рылись в песочнице и не сразу услышали оклик отца. Привыкнув, что их забирает бабушка, они не ожидали его увидеть. Встрепенулись жеребята только в тот момент, когда Энди подошел почти вплотную. «Папа!» — заорали они, карабкаясь на его широкую спину. По дороге домой пегас сделал крюк, чтобы еще разок глянуть на дом и прикинуть фронт предстоящих работ. Пока он бродил по двору, Куки угощала Иву с Энджелой печеньем, умиляясь их жеребячьему очарованию.
     Домой они вернулись незадолго до прихода жены. Селестия только успела войти с балкона в гостиную, как из детской выскочила Энджела. «Мама! Папа! Ива сделала бяку!» — громко наябедничала она. В комнате дочек Энди с Селестией обнаружили кучку пахучих «каштанов», видимо Ива так заигралась с игрушками, что не успела добежать до туалета. Хотя жеребята были уже достаточно большими, изредка подобные конфузы еще случались. Задние ноги дочки торчали из-под кровати, куда она с перепугу попыталась спрятаться. «Давай, прибери, пока я ее подмою», — сказал рыжий пегас, вытягивая дочь из-под кровати. Принцесса вдохнула, и от запаха ее прошиб холодный пот. Убирать навоз — к этому Повелительница небесных светил была совершенно не готова. Пока она решалась, Энди успел вернуться.
     — Тебе нехорошо, милая? — встревоженно спросил он. — Мутит?
     — Да, что-то не по себе… — отозвалась принцесса.
     — А… ну ты пойди, полежи, я сейчас…
     Селестия ушла в спальню и прилегла на кровать. Из детской доносился топот жеребячьих копытцев, шарканье веника и периодические окрики пегаса «Энджела, не лезь в бяку!» Закончив уборку, Энди вошел в спальню и присел около кровати.
     — Дорогая, ты ничего не хочешь мне рассказать? — мягко поинтересовался пегас.
     «Неужели он догадался? — испуганно подумала принцесса. — Хотя нет, если бы он понял, что я — принцесса, он вел бы себя иначе».
     — Нет, дорогой, я не понимаю, о чем ты, — ответила она.
     — Ну, в последнее время ты стала забывчива, у тебя часто меняется настроение, а сейчас выяснилось, что тебя мутит от запахов, — стал перечислять Энди.
     — И что? — она действительно не понимала, к чему клонит Бугсон.
     — Похоже, у нас скоро появится жеребенок! — выдал он свое предположение. — Ты еще не ходила к доктору?
     «У меня будет жеребенок?! — удивилась Селестия — пегас так уверенно и со знанием дела перечислил признаки, что она на мгновение ему даже поверила. — Так, стоп. Какой еще жеребенок, если у нас ничего не было?»
     — Мне кажется, ты ошибаешься, — ответила она.
     — Может, и ошибаюсь, но пообещай мне завтра же после работы сходить провериться.
     — Хорошо, дорогой, обещаю.
     После ужина рыжий пегас разложил на столе в гостиной принадлежности для рисования и начал работать над эскизами будущих переделок. Без плана дома и точных размеров это были, конечно же, только предварительные идеи. Селестия отправилась в детскую. Наигравшись в кубики и мячик, близняшки опять попросили почитать им. Принцесса листала страницы, а маленькие пегасочки забрались к ней под крылья. Чувствуя рядом два теплых комочка, она испытывала чувство, очень близкое к счастью. Поздно вечером, уложив дочек, Энди дождался в спальне Селестии и стал тихонько поглаживать ее по шерстке. Сердце принцессы гулко застучало, а в ушки ударила волна жара.
     — Ложись поудобнее, я тебе сделаю массаж, — шепнул ей пегас.
     — Массаж?
     — Да, пока ты не сходишь к доктору, рисковать не будем, поэтому сегодня ограничимся массажем.
     Селестия облегченно вздохнула, но в глубине души возникло сожаление. Все-таки, пребывая в облике Саншайн, она слишком много от нее переняла. Энди, чередуя поглаживания и нажатия копытами, прошелся по ее телу, от чего все мышцы расслабились, и совершенно пропало желание шевелиться. Массаж все же был не совсем обычным, принцесса ни разу не слышала, чтобы в процессе массажа покусывали ушки и проводили мордочкой по гриве. От противоречивых чувств крылья желали одновременно широко распахнуться и при этом расслабленно лежать без движения. Напоследок пегас тихонько сжал зубками загривок, от чего по телу Селестии пробежала волна легкого покалывания, и забрался под ее раскрытое крыло.
     «Надо слетать в Филидельфию, проверить черную нить, — вспомнила принцесса, но двигаться совершенно не хотелось, и засыпая она подумала, — ничего страшного, за один день ничего не случится».

© Рон